А.Панов МИЛОЕ ОБАЯНИЕ ШИЗОФРЕНИИ
(РЕАЛЬHОСТЬ СHА или СОH В РЕАЛЬHОСТИ)

http://panow.narod.ru/book/g04-4.htm

"Сон разума рождает чудовищ" (с) [Франциско Гойя]

Не так давно французские психоаналитики неожиданно выявили склонность к шизофрении практически у 50% населения. Стоит ли теперь удивляться, что при анализе самых различных проблем социального строительства, никак не получается пройти мимо этого чрезвычайно важного обстоятельства. Ведь любые попытки анализа вне психопатологического обоснования будут обречены на провал заведомо. Когда-то, в недалёком прошлом, и в том числе поэтому, потерпела крах грандиозная программа коммунистического обустройства. Да, собственно, и те же философские споры будут сразу обречены, если до начала спора, не потрудиться и не прояснить психопатический портрет оппонента.

В целом, явление шизофрении столь широко и многообразно, что рассматривать его нужно не только в разрезе медицины, но также и философии, в науке, в искусстве, в обществоведении, в политике, в религии, в быту и массовом сознании. Необходимо, однако, сразу заметить, что здесь будет использоваться не совсем классическое определение шизофрении, как исключительно психического заболевания, ведущего к исчезновению индивидуальных черт личности. Тем более что личность шизофреника в любом случае индивидуальна. Главное, что данное "отклонение от нормы" полагается подразделом полифрении и рассматривается в биполярной системе координат, вне предварительных оценочных суждений. Полагается, что понятие нормы достаточно условны, выраженность проявлений дифференциальна, заданность не очевидна.

Если склонность к шизофрении имеет каждый второй человек, то вполне понятно, что интенсивность проявлений распределена на шкале достаточно равномерно, в основном не скачкообразно, и имеет на одном полюсе полное отсутствие склонности, на другом же - максимально возможное патологическое проявление. Полная же шкала заключена в полюсах "неврастеничность - шизоидность" (чрезмерная фиксация - полная дезорганизация), и где на краю слева располагаются параноидальные невротики, а справа не менее достойное место занимают буйные шизофреники.

В любом случае, хотя речь всегда идёт о расщеплении ядра личности, нужно учитывать, что это всё есть достаточно общее заявление, поскольку приходится мириться с безусловной неочевидностью общепринятого определения самого ядра личности. Здесь рассматриваются как неизбежность пограничные состояния и естественная латентность явления. Доля шизофрении есть в каждом, каждый когда-либо может прийти к этому, и никому против этого не стоит зарекаться. Подтверждения тому можно обнаружить и в возможных состояниях аффекта и в определённых результатах гипнотического воздействия. Да и то же "обычное" сновидение, что есть не иначе как расщепление?

Для наиболее полного анализа явления ещё не менее важно заметить, что достаточное количество косвенных признаков шизофрении можно выявить так же у животных. Да и те же дети, на ранних этапах своего развития, если не учесть того, что они именно дети, по всем признакам могут быть отнесены к когорте шизофреников. В наличии присутствие множества характерных признаков, столь же результативны попытки вступления с ними в контакт, такие же вырабатываемые ими правила социализации, подобны творческие проявления, подобна способность к суждению, принятие логики, да и созидательная продуктивность соответствующая. Это важное замечание может существенно помочь нам потом в дальнейших рассуждениях.

Первым и наиболее важным признаком шизофрении можно обоснованно признать генерирование противоречивых, взаимоисключающих сужденческих конструкций. Последовательного в суждениях шизофреника уже вроде бы и нельзя считать таковым, а скорее нужно принять параноиком. Шизофреник же не только генерирует противоречия, но и органично в них интегрируется, опять же благодаря своему собственному расщеплению. Так, шизофреники в религии, с одной стороны, вполне справедливо утверждают, что Бога не дано познать никому, но при этом, они же, как оказывается, знают про него абсолютно всё, и даже позволят себе без тени сомнения вещать от его имени.

Не меньший интерес представляет хождение шизофреников и в сферу загадочной восточной культуры, особенно, что касается европейцев. Не обладая способностью понять восточные духовные практики во всей их глубине и полноте, хотя бы в силу специфических особенностей своего менталитета, они берут оттуда только то, что лежит на поверхности, и что только то, что может подпитать их всепожирающую патологию. Доказательств того особо не требуется, об этом свидетельствуют сами восточные проповедники. Знание, вырванное из контекста, превращается в законченную пародию. И, тем не менее, все эти восточные премудрости неудержимо влекут шизофреников - в силу своей тайности, а где-то может быть и противоречивости.

Здесь было бы чрезвычайно познавательно прояснить фактический процент психически неадекватных индивидов, осваивающих восточные духовные практики, в количественном соотношении у европейцев и азиатов. Как-то недавно пришлось увидеть по телевидению передачу о боевых единоборствах. Опытному каратисту прикрепили датчики, и измерили нейрофизиологические показатели. Примечательно, что и после медитации, при очевидных, явно зарегистрированных положительных изменениях в деятельности мозга, человек остался совершенно вменяем и адекватен, спокойно направлял и фиксировал свои действия. Шизофреники этим, очевидно, похвастаться не смогут. В восточных практиках им делать совершенно нечего, но они в большинстве своём "почему-то" там только и оказываются.

Особенно же явно и показательно явление шизофреников в театре. Известно и общепризнанно, что при всём погружении в роль, актёр не должен терять самоидентификации. Театр - это, однако, есть неимоверное искушение для шизофреников. Ведь где ещё в такой степени можно испробовать то сладостное двоение личности? В это же самое время, оно есть и мучительное испытание для них. И не только потому, что "сцена смотрит на него" когда он выступает в качестве завороженного зрителя, но и потому, что сцена способна поглотить его без остатка, когда он вдруг окажется в качестве актёра. Выйти из роли бывает не то, чтобы трудно, а порой и практически невозможно. Благо, что у режиссёров такие актёры не в фаворе, да проявления подобные однозначно определяются как признак непрофессионализма.

Тем не менее, нужно признать, в искусстве вообще, всё это может быть весьма и весьма продуктивно. Более того, непосредственно в изобразительном искусстве шизофреники и вовсе могут лидировать. Даже, нужно признать, что лидерство их неизбежно. Оно органично соответствует исконной природе художественного творчества. Виртуальная реальность не выстраивается шизофрениками "искусственно", а генерируется, как есть, во всей своей полноте и многообразии. Верят ли они сами в эту реальность или нет, - вопрос, в данном разрезе уже принципиально не существенный. Они генерируют то, к чему органически расположены. Это естественно.

Бесполезно пытаться начинать спорить с шизофрениками о другой реальности, которая генерируется их больным сознанием, но нужно, безусловно, признавать, что сами они есть та самая другая реальность. Так же как нужно признать существование специфической матриархальной (феминной) субкультуры, так нужно признать и колоритную шизоидную субкультуру как очевидную данность. И до той поры, пока шизофреники не начинают указывать, как жить всем другим, никакой проблемы не возникает. Важно только вовремя ограничивать экспансию, которая неизбежна, так как каждое любое чересчур активное личностное ядро требует унификации окружения под самоё себя.

И здесь возникает не простая дилемма предпочтения власти параноиков со сверхценными идеями при маниакальной фиксации, или же власти шизоидов с предельным расщеплением понятий, внутренними голосами и буйными побуждениями. Стремление тех и других во власть не удивляет, да и процент такого сорта публики достаточно велик. Выбор, пожалуй, тем не менее, стоит делать в пользу параноиков, покуда их предпочтения хотя бы ясны и прогнозируемы. Приход же во власть шизофреников - это всегда трагедия.

Шизофрения есть увеличение энтропии и хаоса, такая уж природа у данного явления. Даже в творчестве шизофреники не расположены к уменьшению хаоса, а напротив его производят, выплёскивая наружу свой противоречивый внутренний мир. В науке это превращается в катастрофу. Так уже загубили этику и эстетику, превратив эти дисциплины в хиромантию, в философии до сих пор не затихают беспредметные споры о творце мира. Всё это взамен продуктивного научного анализа и кропотливого интеллектуального производства. Не место шизофреникам там, где нужно естественное последовательное освоение мира. И не только потому, что польза от них там ничтожна, а вред несоразмерен, но потому, что эволюционное познание ими, как правило, отрицается, так же как и само естествознание в целом.

Пусть уж к ним будут ближе их драгоценные тайные оккультные знания и намного более родная и почитаемая ими эзотерика. Пусть уповают на знание исключительно для избранных, недоступное почему-то всем остальным. Контактёры сегодня - это уже не фокус. Фокус, правда, нужно заметить, в невероятной скрытности инопланетян. Десятки научных институтов работают, огромное количество оборудования задействовано, но нет сигналов из космоса, никак нам не отыскать разума во Вселенной. Достаточно, оказывается, просто стать шизофреником, чтобы без особого труда взять и вживую посетить НЛО. "Непознанные" летающие объекты.

А уж религия - это настоящая каша из исторического опыта, естественных знаний, этических императивов, массовых галлюцинаций и индивидуальных видений. Грандиозное строение, однако, вдруг рушится под безжалостной лупой психореконструкции. Стремления, ожидания, страхи, невежество, - всё всплывает сразу и стройно укладывается в "незыблемую" канонизированную канву теософии. "Если бы Бога придумали лошади, то он, безусловно, был бы похож на лошадь". Взору беспристрастного наблюдателя предстаёт дикая смесь закономерных ожиданий и спонтанных озарений. У Библии, конечно же, есть автор, но жил он, столь же очевидно, совсем не на небесах.

Кто-то ждал лучшего, а кто-то лицезрел и даже физически осязал божественное присутствие. Непорочное зачатие - один из самых выдающихся шедевров теологии. Шедевр из всех шедевров. Можно сказать, просто-таки анекдотическая ситуация с этой 14-летней девой Марией, и всеми теми непонятными особями мужского пола, крутившимися тогда вокруг неё. Чей ребёночек? - ничей, дух святой наградил... Что, интересно, сегодня скажут в подобной ситуации родители современной "богоматери"? Правда, да, ещё бы неплохо предварить всё такое прорицаниями мудрецов и зажегшейся на небе звездой. Это принципиально важно.

Свидетельства не заставляют себя долго ждать, чудеса вершатся и активно пропагандируются. НЛО и лохнесские чудовища, барабашки и лешие, ведьмы и маги, ангелы и архангелы, отпечатки лика на пращенице и кровавые слёзы Богоматери. Много ещё чего дальше будет, много ещё чего принесёт нам впоследствии мистическое сознание. Только вот благополучного общества на этом, увы, не построить. Пол дела, что наши верующие часто живут не по вере, и лгут в этом сами себе, но и построить-то, что они могут? Бесконечный бег за ускользающими фантомами, аскеза, ортодоксия, махровый консерватизм, обструкция интеллекта, жалкие анафемы за еретичество. Одни ПРАВОславные, для других уже НЕПРАВОверные. Чем может закончиться противостояние? Жизнеспособен ли такой социальный организм? Едва ли.

Как в том в шутливом рассказе, когда гомосексуалисты стали доминирующим большинством и их подходы по жизни стали социальной нормой. Почему-то отказавшихся от соития безжалостно подвергали наказанию. Как и у Джорджа Оруэлла в его романе "1984", где нам было показано итоговое и завершённое в своём развитии тоталитарное общество параноиков. Нет в литературе подходящей иллюстрации, но какое, в свою очередь, общество могли бы предложить шизофреники? Шизообщество? Нет сомнений, что мало будет в том государстве сильно привлекательного, даже и для самих шизофреников.

Заметил как-то за собой, в состоянии сильного похмелья, при так называемой глубокой алкогольной интоксикации, ряд характерных тому шизоидному психотипу признаков поведения. Рассеянное внимание, отсутствие фиксации на объектах, поверхностное мышление, беспорядок, как в мыслях, так и в делах. Кто общался с клиническими шизофрениками, поймет, о чём идёт речь. Разжиженное сознание всегда продуцирует беспорядок и хаос. То же самое будет и в шизофреническом сообществе. Возьмите для примера детский коллектив и предоставьте там полную свободу действий на длительное время. Скорый результат наглядно покажет вероятный исход шизоидной самоорганизации. Целеустремлённая и строго направленная интеллектуальная деятельность - это не про них.

И всё это отнюдь не так безобидно, как может показаться. Мы имеем дело не просто с расщеплением личности, а с глубоким клиническим повреждением морально-этического "агрегата". Совесть - это ведь есть, по сути, невротическая реакция, шизофреникам ничуть не свойственная. Страх, табу, запреты для них не могут быть абстрагированными в "сверх-Я" величинами. У них они персонифицированы в некотором мифическом субъекте, с которым, причём всегда можно легко "договориться". Далее следует наглость как следствие отсутствия угрызений совести и, безусловно, успешность в социальном росте и конъюнктуре. Так недостатки волшебным образом превращаются в "достоинства".

Стараниями шизофреников этика не только превратилась в теологию, но и стала в результате двойственной и внутренне противоречивой. Очевидный исход. Чего же теперь удивляться, что нам приходится жить в обществе с двойной моралью? Не нужно было ранее консультироваться у шизофреников. Это, безусловно, не единственная причина, но одна из весьма существенных. И тогда, для одних манипулятивная и мошенническая - суть естественная среда обитания, для других, может быть даже и не шизофреников, становится средой благодатной питательной, где бурно мошенничество процветает. Одни ищут махинаций, другие их успешно реализуют. Одни рождают фантомов, другие на этом успешно зарабатывают.

И как здесь не упомянуть об органической связи шизофрении с мистицизмом, и сразу же далее с оккультизмом, а затем и с фашизмом. Психически невменяемым быть ведь не так заманчиво как быть посвящённым или избранным. А там, где есть место любой такого рода избранности, уже рукой подать до расовой исключительности и экзистенциальной истинности, в противовес всем остальным, не допущенным к сакральному знанию, а значит однозначно неполноценным. Всё "увязывается и закрючковывается", одно тянет за собой последующее. Дайте шизофреником волю, а они уж, будьте уверены, всё тогда порушат.

Шизофрения, в общем, и целом, безусловно, мила и где-то даже симпатична. В конце концов, это лишь только некоторая патология, а может быть непредсказуемая игра природы, может быть "игральная кость" мутации, не дающая невротикам зацикливаться излишне на порой неочевидных целях эволюционного развития. Но столь же очевидно, что вся игра остаётся приемлемой только до той поры, пока не начинает обременять всё вокруг и не начинает сносить со своего пути всё здравомыслимое. Тень, в конце концов, должна знать своё место, ведь сама она отбросить тень будет просто не в состоянии.




Панов Андрей Александрович, 1964 г.р., образование высшее техническое, кандидатский минимум, инженер-исследователь, независимый аналитик, автор и руководитель проекта "Классика-Модерн", учредитель и куратор Культурного Центра Чистых Искусств имени Айседоры Дункан, основатель и руководитель Клуба Неудачников(-ниц), г. Санкт-Петербург. 190000, С-Петербург, д/в, Панову А.А. (для писем). e-mail: panow@narod.ru
http://panow.narod.ru ~ http://panow.pisem.net ~ http://spb-freud.narod.ru ~ http://troul.narod.ru ~ http://troul.pisem.net