А.Панов
ГАРМОНИЧЕСКАЯ ЭВОЛЮЦИЯ

"Красота спасёт мир. Красота природы, мир человека, спасёт может быть." (с) [А.Панов]

Двоемыслие из фантасмагорического словаря новояза так могло бы и остаться недоброй литературной выдумкой Джорджа Оруэлла, если бы по этому неписанному правилу не проживали большинство людей как сегодня, так и до настоящего времени, в весьма далёком прошлом. Природа этого явления без особого труда разъясняется при сопоставлении постоянного стремления людей к чему-то лучшему, с одной стороны, и полной беспомощности перед обыденной реальностью с другой. Существуют целые кланы "психологов", заявляющих "на голубом глазу", что устремления - это, конечно же, очень хорошо, но повседневная жизнь идёт по совершенно другим жестоким законам. Нужно приспосабливаться и незачем летать в облаках. Сам Оруэлл, в романе "1984", то ли в шутку, то ли всерьёз, приходит к пессимистическому заключению о невозможности какого-либо позитивного общественного развития вообще. Стадо у него - это самостоятельная и самоорганизующаяся единица, живущая своей собственной жизнью и игнорирующая любые идеи и маленькие личные ценности любого отдельного индивида. Натура человеческая берёт своё, и власть толпы всегда разрушает любые позитивные стремления. Ложь и насилие - нормативы социума, так и к чему же питать иллюзии? Педагогика в глубоком нокдауне. Чему учить и как воспитывать подрастающее поколение, если "ложь - это правда"? Не нужны идеи, долой идеалы, нужно жить без излишних притязаний. Да, человек, вроде бы, не скотина, и чем-то отличается от насекомого, но это мелочи, легко преодолимые посредством двоемыслия. "Законы не могут быть идеальными" - заключение очевидное, однако следствия из него могут быть принципиально различными. Можно отдать законы на откуп плебсу, утвердить тем самым охлократическую власть толпы, и в результате остаться на уровне организации сообщества насекомых. А можно поговорить о совершенствовании законов и создании этих законов исходя из идей и идеалов, и вроде бы, тем самым, сохранить свой человеческий облик. Но кому это нужно, и для кого всё это вообще возможно? Для такого, по крайней мере, нужно очень хорошо себе представлять, что идеал - это отнюдь не словечко из лексикона воспитанниц Смольного института благородных девиц, а полноценная научная категория. Нет более печального зрелища, чем публичные рассуждения людей о справедливости и свободе, при полном у них отсутствии цивилизованного и именно научного мировосприятия. Ослиные уши двоемыслия так вываливаются, что за ними бывает порой и лица не разобрать. Кто-то когда-то придумал, что есть-таки истина в последней инстанции, и называется она Библия. Из неё-де можно почерпнуть и правильные законы, и принципы справедливого устройства. Мысль эта, как ни прискорбно, давно уже стала благодатной почвой для массового психоза. Оно бы, конечно, и славно, если бы только не замечать того, что религия столь же давно погрязла в подтасовках и нетерпимости, гендерной сегрегации, межконфессиональной вражде, неприятии не то чтобы инакомыслия, а и самой природы человека. Из Библии, так получается, стоящие законы почерпнуть можно весьма и весьма сомнительно. Да, немало там говорится и об истинных ценностях, но являются те ничуть не производными из теологических постулатов, а нравственными императивами, выработанными в результате длительной эволюции человеческого сознания и обоснование которых можно обнаружить в положениях научной этики. Уточнение "научной" приходится давать всегда, дабы отделить эту конкретную этику от всего "многообразия" прочих. В условиях повальной философской безграмотности, как-то приходится каждый использованный термин и бесконечно повторять, и раскрывать по содержанию. Массы в большинстве своём не только не владеют подобными вопросами, но и не ведают, что есть вообще такие дисциплины как, например, метафизика и метафилософия. И что есть там такие разделы как научная этика, научная эстетика, логика и гносеология. "Незнание - сила!" Ни к чему им преподавать "глупости" в школе, а противоречия пусть преодолевают сами через двоемыслие. "Свобода не возможна, справедливое общественное устройство утопично, гармония порочна", - вот тот самый краткий перечень самых грандиозных маргинальных лозунгов. "Рабство - это свобода!" Пора уже, пора бы подумать о массовом философском ликбезе, пока не стало слишком поздно... Да, безусловно, достижение на практике абсолютных категорий, не возможно, но кто сказал, что к этому не нужно даже и стремиться? Если есть ценная идея, то к ней ведь можно и приблизиться. В чём, допустим, феномен анекдота? Не только и не столько в том, что это смешно и что это есть продукт народного творчества. Главное здесь то, что проходя через цепочку постоянных пересказов и повторений, анекдот приходит к совершенству по форме, а посредством отсеивания в естественном отборе, оставшиеся произведения подходят к совершенству и по содержанию. Метафизику рождения анекдота изучали когда-то ещё древнегреческие философы, но есть опасения, что о существовании этих трудов многие люди даже и не догадываются. В искусстве же, что и в обществоведении. Не возможна в реальности абсолютно прямая линия, - это всего лишь идея. Но приближаться к ней можно максимально, и будет это приближение к идеалу. Рано или поздно будет раскрыт секрет и идеальность "золотого сечения". Гармонические сочетания заложены в основе истинно научной эстетики. Гармонический закон можно отыскать всюду и во всём. Но, нынешней "модерновой" эстетике гармония уже не нужна. Эстетика пустоты и эстетика помойки захлестнули с головой современное искусство. Одни "исполнители" с упоением демонстрируют зрителям пустую сцену, другие с неимоверной гордостью выставляют в манежах собственные нечистоты. "Танец должен трогать за душу", - говорит нам с телеэкрана известная балерина Майя Плисецкая. Что же, замечательно. Вот только что именно понимать под всем этим? Кич и деструктивизм ведь тоже "трогают". Да только могут ли они стать объектами искусства? Почему вдруг, и так ли точно, трогают слушателей "Хорошо темперированный клавир" Баха и этюды Шопена, ничего не декларирующие, и написанные, казалось бы только для упражнения пальцев музыканта? Вне канонов чистой эстетики знаменитая балерина заплутала в лабиринтах двоемыслия. "Классический балет - это искусство!" - вот вам и ещё один сомнительный лозунг. Почему только, как ни странно, всё меньше и меньше разницы остаётся между классическим балетом и художественной гимнастикой? Сильно не хочется балетным людям становиться спортсменами или циркачами, но сегодня и у них самих уже подчас возникают сомнения в том, что можно тронуть душу зрителя, вращая тридцать два фуэте или выпрыгивая над сценой в безупречном гимнастическом шпагате. Странное то было бы зрелище, если бы музыкант на сцене бесконечно и виртуозно наигрывал гаммы, а ещё к тому же подбрасывал свой музыкальный инструмент в воздух, пытаясь при этом извлечь какие-либо благообразные звуки. Голая виртуозность - это для цирка, физические достижения - для спорта, душевные волнения актёра - для драматического театра. Сколь экзальтированной не была бы танцовщица, когда нечего рассказать языком танца, никакие пантомимические ужимки ей не помогут. И если не заключать в танец грандиозную идею "двигать задом", то очевидно, нужно и можно отыскать какую-либо другую идею по-лучше. Язык танца тогда становится здесь не то чтобы "священной коровой", но именно той самой идеей, к которой по сути дела можно и нужно стремиться. Так только и можно прийти к пониманию чистого искусства, к тому обстоятельству, что человек выражает свои чувственные переживания именно абсолютно разными и самодостаточными средствами. Полифония важна и необходима, но если это музыка, то ничто случайное и искусственно привнесённое в саму музыку здесь более не нужно. А если это танец, то так же необходимо говорить именно о танце в чистом виде, самоценном исключительно в самом себе. Танец должен быть не только гармоничным, но и подчиняться в своей структуре всем абстрактным гармоническим законам. И уж на сколько он сможет приблизиться к Абсолюту по форме, вне всякого содержания, которого нет и в чистой музыке, мы сможем прояснить только воспринимая всё явно увиденное нами. Воспринимая чувственные переживания танцора, положенные на музыку, но именно через танец выраженные. Воспринимая танец в чистом виде, и "слушая" язык танца таким, каков он есть, вне чего-либо наносного или побочного.



Панов Андрей Александрович, 1964 г.р., образование высшее техническое, кандидатский минимум, инженер-исследователь, независимый аналитик, автор и руководитель проекта "Классика-Модерн", учредитель и куратор Культурного Центра Чистых Искусств имени Айседоры Дункан, основатель и руководитель Клуба Неудачников(-ниц), г. Санкт-Петербург. 190000, С-Петербург, д/в, Панову А.А. (для писем) ~ e-mail: panow@narod.ru ~ e-mail: Andrey_Panow@p11.f1538.n5030.z2.fidonet.org.ua ~ e-mail: Andrey.Panow@p11.f1538.n5030.z2.fido.cca.usart.ru ~ http://panowa.da.ru ~ http://panow.ru.tc ~ http://panow.narod.ru ~ http://panow.chat.ru ~ http://panow.hotbox.ru ~ http://panow.sbn.bz ~ http://panow.boxmail.biz ~ http://kant.ru.tc ~ http://kant.sbn.bz ~ http://kant.boxmail.biz ~ http://freud.ru.tc ~ http://freud.sbn.bz ~ http://spb-freud.narod.ru ~ http://spb-freud.boxmail.biz ~ http://troul.ru.tc ~ http://troul.da.ru ~ http://troul.narod.ru ~ http://troul.chat.ru ~ http://troul.hotbox.ru ~ http://troul.sbn.bz ~ http://troul.boxmail.biz ~ http://idvm.narod.ru ~ http://duncancenter.da.ru ~ http://duncanfestival.da.ru ~ http://duncanworld.da.ru ~ http://duncan.sbn.bz ~ http://duncan.boxmail.biz ~ index.html